home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



43

Санкт-Петербург

Ольга набрала номер телефона генерал-майора Головачева и долго слушала длинные гудки. Она уже собралась повесить трубку, как услышала мужской голос:

– Алло? Головачев.

– Здравствуйте, Александр Ильич. Это Дьяконова Ольга. Не побеспокоила?

– Нет, нет, я только что вошел. Что случилось? – в голосе генерала прозвучало беспокойство.

– Ничего. Я хотела узнать, есть ли какая-нибудь информация об Игоре?

– Конкретно – никакой. Идет работа, вчера в «Новостях» прошло сообщение по Орешину.

Генерал отрапортовал чисто по-военному: сухо, коротко, без эмоций – так послышалось Ольге.

– Да, я смотрела. Однако мне показалось, что корреспондент выглядел на экране чересчур пессимистичным.

– Скорее всего, бесстрастным. Может быть, усталым. Прессе в «горячих» точках тоже несладко приходится... Ольга, вы слушаете меня?

– Да.

Теперь интонации Головачева совпадали с определениями, только что данными им самим: голос звучал бесстрастно и устало. Ольге стало немного жаль генерала.

– Все сводится к одному человеку, Безари Расмону, – продолжал он. – Остальные полевые командиры публично заявили о своей непричастности к акту похищения. Убийство судьи тоже его рук дело. Последнее и мешает продуктивным переговорам. В своих мнениях полевые командиры разделились на две группы: одна поддерживает Расмона, другая настроена прямо противоположно. Было вынесено предложение о ликвидации групп, занимающихся похищениями людей. Хотя в Таджикистане таких групп единицы. Там сейчас находится наш представитель, сотрудники МИДа, пресса. Работа идет, Ольга, что я еще могу сказать?

– В прошлый раз вы об этих людях говорили мне?

– Нет, о других. – Генерал замолчал.

– И это все, что вы делаете для освобождения Игоря?

– Я понимаю вас, процесс идет медленно, но в работу запущены другие механизмы, о которых я не уполномочен распространяться.

Может, Ольга была несправедлива к Головачеву, но она заметила, что слова генерал-майора ничем не отличаются от официальных речей. Одно и то же: продуктивные переговоры, мнения разделились, запущены механизмы, представители. Но работа идет. Причем полным ходом. А ей хотелось услышать другие слова, простые, складывающиеся в бесхитростные предложения. Только тогда можно понять смысл сказанного и проникнуться доверием к тому, кто их произнес.

Поскольку генерал говорил принятым в «верхах» сухим языком, Ольга поняла, что положение Игоря безнадежное. Нужно еще раз напомнить Головачеву о разговоре в больнице. Тогда его речь была немного таинственной, и это вселяло надежду. Он говорил о каких-то людях, что нужно пожелать им удачи, она им необходима... Сегодня эти люди уместились в коротенькую фразу, оброненную генералом: «Не о них».

– Александр Ильич, тем людям по-прежнему необходима удача?

– Удача необходима всем, без нее никуда. Даже нашему маленькому герою. Как чувствует себя Володя?

Ушел от ответа? Или по телефону нельзя?

– Спасибо, хорошо. Ждет вас в гости, мечтает поговорить с вами.

– Обязательно приеду. Вот тогда мы с вами пооткровенничаем.

Кажется, она поняла генерала. Теперь убедиться и задать наводящий вопрос. Может быть, Головачев ответит на него – правильно.

– Я передам Володе от вас привет. Он все спрашивает про дядю Колю. Вы давно его не видели?

– О! Дядя Коля сейчас в отпуске, – бодрым голосом сообщил генерал. – Отдыхает в одной жаркой стране. Везет людям, – Головачев сделал ударение на последнем слове. – Ну, всего хорошего, Ольга Васильевна. Звоните, буду рад слышать ваш голос. Да, вероятно, я скоро уеду из Москвы, запишите мой номер телефона в Полярном.

Ольга набросала в записной книжке услышанные цифры.

– Спасибо вам большое, Александр Ильич. До свидания.

Она положила трубку и в задумчивости подошла к окну. Невский проспект медленно окунался в сумерки. Пока Ольга разговаривала по телефону, начался дождь – несильный, моросящий; над горячим асфальтом поднялся едва заметный пар.

«Дядя Коля сейчас в жаркой стране...»

Вникнуть в смысл этой фразы было и сложно и легко. Но она прозвучала успокаивающе, даже обнадеживающе. Да, Ольга поняла генерала. Трудно допустить, что у командира части есть что скрывать от вышестоящего командования, и тем не менее скрывают все, везде есть что утаить – дело не в этом.

Ольга приоткрыла окно, взяла из пачки сигарету и украдкой закурила. Володька спит, она не увидит его округлившиеся глаза: «Тетя Оля, ты что, куришь?!»

Да, дело совсем в другом – Ольга вернулась к разговору с Головачевым. Дядя Коля в отпуске, вот все, что ей положено знать. И то, что человек отдыхает, перечеркнуло все труды сотрудников МИДа, прессы, других официальных лиц.

Трудно понять? – спросила себя Ольга. Да, очень, почти невозможно. Однако на сердце стало легче. Недомолвки генерала довели женщину до слез.

Она выбросила окурок за окно и прошла в комнату, где на кровати спал Вовка.

Маленький мужичок. Копия Игоря. А глаза матери. Серые, глубоко посаженные глаза Анны...


* * * | Черный беркут | cледующая глава