home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 13

Два часа спустя мы знали все, что только мог рассказать нам этот склад. Здесь были контейнеры, которые использовали в качестве гробов. Они были расстреляны в клочья из М4, который прихватила с собой команда. Если бы в ящиках в тот момент находились вампиры, они бы погибли, но внутри крови не было ни на одном из контейнеров.

Олаф вернулся к нам, молчаливый, в неизменных черных ботинках.

— Я думал, что был взрыв, но его не было. Как будто здесь находилось что-то, способное пускать кровь и выводить из строя команду, а не просто убивать. Но что бы это ни было, оно не оставило и следа. Нет никаких следов внутри лужи крови, кроме следов обуви полицейских.

— С чего ты взял, что это существо создано пускать кровь и выводить из строя команду, но не убивать? — спросила я.

Он выдал мне высокомерный взгляд его бездонных глаз настоящего дикаря. В них проглядывал прежний Олаф, тот самый, что ни одна женщина не способна выполнять эту работу. Черт, женщины у него были недостаточно хороши во всем.

— Этот взгляд заставляет меня отозвать мой вопрос, но я хочу знать ответ сильнее, чем казаться всезнающей.

— Какой взгляд? — поинтересовался он.

— Взгляд, который говорит, что раз я женщина — я глупа.

Он отвел взгляд, затем ответил:

— Я не считаю тебя глупой.

Я чувствовала, как мои брови поднимаются вверх. Эдуард и я обменялись взглядами.

— Спасибо, Отто, — сказала я, — но давай притворимся, что я не могу осмотреть бетонный пол и найти на нем следы преступления, и ты просто объясни мне… Пожалуйста, — добавила я пожалуйста, потому что мы оба пытались быть доброжелательными друг к другу. Я могла играть хорошую.

— Расположение крови, следы на полу. Фото и видео подтвердят, что это была ловушка, и нападавшие использовали не бомбу или вооружённых людей, а кое-что иное, что могло… — Он сделал широкий жест рукой. — Парить над землёй, но при этом нападать. Я видел нечто подобное однажды.

Теперь на него смотрели все.

— Скажи нам, — попросил Эдуард.

— Я работал в Пустыне.

— В пустыне? — переспросила я.

— На Ближнем Востоке, — пояснил Эдуард.

— Да, там была группа террористов. С ними был волшебник, — сказал Олаф, потом принял чересчур задумчивый вид, что вызывало чувство дискомфорта.

— Не говори Т-слово, — остановил его Бернардо, — иначе набегут федералы или правительственные войска, и это дело выйдет из нашей компетенции.

— Когда я буду докладывать, мне придется рассказать, что я видел, — пояснил Олаф. Флирт закончился; он стал просто деловым человеком. Он стал более холодным, более отстраненным, когда переключился, и, на мой взгляд, более страшным. Теперь, когда я видела, как он флиртует, и мне было с чем сравнивать, его деловое отношение безусловно нравилось мне гораздо больше.

— Когда ты говоришь «волшебник» ты имеешь виду то, что мы здесь, в Штатах, называем? — спросила я.

— Не знаю.

— Здесь волшебником называют того, кто получает свою силу от контакта с демоном или чем-то злым, — вмешался Эдуард.

Он покачал головой.

— Нет, волшебник — тот, кто использует силу для того, чтобы навредить, и никогда во благо. У нас в команде не было психопрактика, как тут говорят. Так что я не могу дать более точного определения волшебства, кроме, как нечто вредящее.

— Насколько это было похоже на наш случай? — спросила я.

— Мне надо увидеть тела прежде, чем я смогу сказать точно, но следы крови выглядят не так. Тела в… — Он остановился, будто что-то невидимое запретило ему назвать место, — где я был, там было существенно иначе. Тела там были расчленены, будто какой-то силой, которая не оставила следов и никаких физических свидетельств, кроме трупов.

— Я никогда не слышал о Ближневосточных террористах, согласившихся работать с волшебством. Они скорее убивают ведьм, которые им попадаются, — заметил Бернардо.

— Они не исламисты, — пояснил Олаф. — Они хотели вернуть свою страну в совсем прежние времена. Они считали себя потомками персов. Они думали, что Ислам делает их людей слабыми, потому они использовали силы более древние, которые мусульмане, бывшие с нами, сочли нечистыми и злыми.

— Подожди, — вмешался Бернардо, — ты работал с местными?

— Ты слишком драматизируешь, — заметил Эдуард.

Я посмотрела на него и не смогла прочитать ничего на его спокойном лице, но он признал, что работал на Ближнем Востоке. Это было для меня новостью, хоть и не удивило.

— Мужчины, работавшие с нами, с удовольствием убили бы нас за неделю до случившегося, но мы оказались в одной упряжке.

— Враг моего врага — мой друг, — констатировал Бернардо.

Все мы кивнули.

— Так что это в некотором роде персидское животное-пугало, не демон, но что-то на него похожее.

— Я уже говорил, что с нами не было психопрактиков, так что единственное, что могу сказать, это что нанесённый урон выглядят похоже, но не таким же, как там.

— Хорошо, мы посмотрим, может, удастся отыскать в городе кого-то, кто разбирается в предисламском волшебстве лучше меня, — я взглянула на Эдуарда. — Если только ты не знаешь больше моего, а мои знания итак сводятся к нулю.

Он покачал головой.

— Не знаю.

— Не смотрите на меня, — буркнул Бернардо.

Я воздержалась от ответа, который уже крутился на языке — мы и не собирались. Это было бы подло и не совсем соответствовало бы правде. Он узнал для нас информацию у помощницы шерифа.

— Хорошо, мы узнаем, есть ли в городе человек или еще лучше кафедра университета, которая сможет нам помочь. Есть ли здесь какой-нибудь эксперт.

— Академики не всегда подходят для полевой работы, — заметил Эдуард.

— Прямо сейчас у нас никого нет, что значит, нам подойдет любой эксперт, — пожала плечами я, — Поинтересоваться не повредит.

Следователи, занимающиеся расследованием убийств, подозвали маршала Тэда Форрестера поговорить. Эдуард отошел, сменив выражение лица на своё более открытое альтер эго. Я знала, что лицо Тэда на самом деле скрывало куда больше. Интересно, что ни один из нашей команды не был приглашен на эту беседу.

Я обернулась к Олафу и Бернардо.

— Прекрасно, мы проработаем персидский след, но позже, сейчас у нас есть другой вопрос. Почему они расправились с ними именно так, лишив себя шанса питаться?

— Возможно, их мастеру не нравится вкус мужчин, — предположил Олаф.

— Что? — переспросила я.

— Жертвы их мастера, в основном, стриптизерши, женщины, так? — начал Олаф.

— Да.

Он наклонился и шепнул так, чтобы только я и Бернардо смогли расслышать.

— Я убиваю мужчин быстро, чисто, а с женщиной я не стану торопиться. Возможно, их главный вампир поступает так же. Он не получает удовольствия, питаясь от мужчин.

— Он убил мужчину стриптизера в Сент-Луисе, — заметила я.

— Он был, как эти мужчины, натренированный или военный?

Я припомнила тело жертвы, поскольку это была единственная жертва мужского пола, я поняла, что он прав.

— Он был высоким, но худым, не то, чтобы мускулистым, более… женоподобным, как мне кажется.

— Ему нравится, когда его жертвы слабые; убитые здесь мужчины слабыми не были.

— Ладно, — вмешался Бернардо, — разве тебя нисколько не пугает, что Отто говорит об убийстве мужчин ради развлечения с женщинами? Я что здесь единственный, кого этот факт беспокоит?

Я посмотрела на Олафа, и когда наши взгляды встретились, мы оба посмотрели на Бернардо.

— Я знаю, кто такой Отто и чем он занимается. Честно, комментарии вроде того, что он только что отпустил, являются одной из причин, почему я рада, что он с нами. Я хочу сказать, что стоит признать, что у него уникальное понимание менталитета серийного убийцы, — проговорила я.

— И тебя это не беспокоит? — спросил Бернардо.

Я пожала плечами и оглянулась на Олафа, который смотрел на меня настолько спокойно, что выглядел скучающим.

— Мы здесь работаем.

Бернардо покачал головой.

— Вы оба чертовски удивительны, вы это знаете?

— Знаешь, ты мог бы говорить и потише, Бернардо, — отметил Эдуард. Он только что вернулся после разговора с детективами и шерифом Шоу, который наконец соизволил к нам присоединиться. Они все еще игнорировали остальных. Так или иначе, мне было без разницы, что Шоу не пожелал со мной поговорить.

— Прости, — повинился Бернардо.

— Они собираются предоставить нам доступ к материалам дела: фото, видео, уликам, собранным по пакетам и с маркировками.

— Я смогу больше рассказать по фотографиям и видео, — сказал Олаф.

— Они надеются, что все мы сможем что-то рассказать, — отозвался Эдуард.

— Дай мне только взглянуть на фото и видео, — сказала я.

— А я просто хочу пострелять, — буркнул Бернардо.

— Знаешь, твоя жизнь должно быть намного проще нашей, — заметила я.

Бернардо выдал мне самый грязный взгляд.

— Ты просто расстроена, что мы проторчали тут несколько часов и все еще не знаем ничего, что помогло бы нам найти этого ублюдка.

— Мы знаем, что это похоже на персидского волшебника, которого я уже встречал в Пустыне, — заметил Олаф.

— Я знаю, что это было бы нереально и слишком большим совпадением, но может это быть тот же самый волшебник, использующий немного другое заклинание, или что-то вроде того? — спросила я.

— Исключено, — отрезал Олаф.

— Почему нет? — спросила я.

— Волшебник не был пуленепробиваемым.

— Т. е. он мертв, — констатировала я.

Олаф кивнул.

— Хорошо, если мы хотим найти в этой стране кого-то, кто балуется персидским волшебством, мы должны посмотреть, не пропал ли кто без вести в последнее время.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Бернардо.

— Кто-то, кто умеет пользоваться таким волшебством, и вдруг исчез. Кто-то, кто имел работу, жену или семью, что угодно, кто-то, кто объявлен в розыск. Тогда мы могли бы поискать кого-то, кто недавно стал вампиром, — предложила я.

— Почему? — Спросил Олаф.

— Потому что если они владели этим волшебством в Сент-Луисе или Новом Орлеане или Питсбурге, они его использовали. Это полностью меняет способ, которым они убивали. Если у них не было неучтенного стриптизера на их счету, на убийство которого не было и ордера, то я ставлю на то, что кто-то подписался именем Витторио на стене, оставляя для меня послание, и в записке к посылке, что доставили ко мне в офис.

— Это могут быть два совершенно разных преступника, — заметил Эдуард.

— Что ты имеешь в виду?

— Возможно, Витторио убивал стриптизеров в Лас-Вегасе, но это еще не значит, что наш волшебник и его люди, убившие оперативников, те самые вампиры Витторио. Оперативники зашли в задние согласно стандартной процедуре для охотников на вампиров, при свете дня.

— Я знаю, что технически спецназ выходит на операции с людьми ночью, а для охоты на вампиров целесообразнее делать это по возможности при свете дня, — сказала я.

— Они охотились днем, Анита. Парящая магия, или что это было, убила троих из них, и либо этот волшебник, либо что-то еще погрузило остальных в состояние сна.

— Я никогда не слышала ни о чем подобном, — призналась я.

— Никто не слышал, — сказал он.

— Но, если это было при свете дня, — рассуждал Бернардо, — кто же тогда написал послание их кровью? Кто отрезал голову и прислал ее тебе? Это было при свете дня, и здесь есть неприкрытые окна. Единственная причина, по которой полиция считает, что это вампиры, имя Витторио, которым подписано послание, и то, что тут было старое логово вампов.

— Хочешь сказать, что Витторио и его вампов подставляют? — спросила я.

Бернардо пожал плечами.

— Возможно.

— Чтоб его, я не знаю, надеяться мне, что ты прав, или что ты не прав. Если ты прав, то нам надо найти Витторио прежде, чем он убьет очередную стриптизершу, и какого-то чокнутого волшебника, который пытается списать свои грехи на вампиров. На погибших были следы клыков?

— Никто не упоминал, — ответил Эдуард.

— Вот только не говорите мне, — возмутился Бернардо, — что мы собираемся нагрянуть в морг, посмотреть на тела?

— Ты что, боишься? — поинтересовался Олаф.

Бернардо выдал ему недружелюбный взгляд, который мужчину ничуть не взволновал.

— Нет, но я не стремлюсь туда идти.

— Ты боишься, — настаивал Олаф.

— Прекратите это, — вмешался Эдуард, — вы оба. Мы пойдет взглянуть на тела. Хотя, Отто, ты можешь начинать разнюхивать о персидском колдуне в этой местности. Ты — единственный из нас, кто видел нечто подобное.

— Нет, я поеду в морг с… — он взглянул на меня, — Анитой. Но я позвоню в местный университет из машины и выясню, есть ли у них эксперт, который нам нужен.

— Мы все едем к коронеру, — констатировал Эдуард.

— Отто хочет посмотреть, как я буду копаться в телах, — откомментировала я.

— Нет, — возразил Олаф, — я хочу помочь тебе это делать.

В этот момент мне захотелось сказать, что я лучше пересижу здесь. Просто посмотрю фото и видео, и с меня этого будет достаточно. Я не хотела идти в морг смотреть на недавно умерших, особенно при таком огромном количестве крови на полу. Это обещало быть само по себе ужасным, но еще сильнее мне не хотелось, чтобы Олаф помогал мне с трупами. Он этим будет наслаждаться. Но трупы — часть места преступления. Они могли дать нам несколько подсказок. Я должна была взглянуть, потому что могла найти что-то, что помогло бы нам поймать того, кто это сделал. Был ли это Витторио с новым дружком-волшебником или кто-то еще, их нужно было остановить. Как далеко я могла бы зайти, чтобы это сделать? Поехать в морг с нашим собственным ручным серийным убийцей. Иногда вещи, которые я делаю для работы, меня беспокоят.



Глава 12 | Торговля кожей | Глава 14