home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



24 марта, суббота, день

Округ Юма, Аризона, США

Через час приехал на своём старом «бронко» Джефф. Его запустили в склад, где он сначала поздоровался со всеми, а затем выгрузил из багажника целых шесть картонных коробок, на каждой из которых было написано: «Патроны. Произведено департаментом военных подрядчиков США». В каждой коробке было по два полиэтиленовых пакета латунных патронов калибра 5,56 россыпью по пять сотен штук в пакете. Я мысленно похвалил себя за то, что был прав, выбрав винтовку стандартного военного калибра. А Джефф между тем извлёк из машины две винтовки: «бушмастеры» вполне военного вида — длинный и короткий. Затем на откинутой задней двери появились две коробки «Првы Партизана» — югославских патронов 7,62x39, по тысяче в коробке.

— Всё, что удалось добыть, — сказал Джефф, обращаясь к Пабло и жестом приглашая забрать патроны.

— Где? — поразился я.

Ничего себе «удалось». Я о таком и мечтать не мог, а ему «удалось».

— Ездил в тренировочный центр национальной гвардии, — пояснил он. — Я там раньше работал.

— Сколько заплатил? — спросил Паблито, наблюдавший за выгрузкой.

— Нисколько. Деньги им уже не нужны, а взять с меня что-то ещё… они не придумали, что. Поэтому дали немного, но бесплатно, — усмехнулся Джефф. — У них там тоже дурные предчувствия относительно нашего будущего.

— Всё так плохо? — спросил Майк.

— Всё плохо, сынок, — подтвердил Джефф. — Национальная гвардия не справляется с ситуацией, а резервистов призвать не успели. Гобблеры везде, и их всё больше с каждым часом. В общем, эти ребята пакуют вещи и тоже подумывают, куда бы им смыться.

Ну, вот мы и в сборе. Уже своя компания, есть место остановиться и запереться, а теперь надо думать о дальнейшем выживании.

— Минутку внимания! — сказал я, забравшись на штабель сеточных рулонов, где и уселся, свесив ноги.

Все обернулись ко мне, даже дети замолчали.

— Это наше временное пристанище. Здесь мы можем подготовиться к выезду в то место, где мы будем в безопасности в дальнейшем.

— Это куда? — спросил Майк.

— Ты знаешь, куда, — ответил я. — В середину Прувинг Граунд, поближе к реке. Где большой парк для техники.

— Там же только навесы, я знаю это место, — сказал Джефф. — Там ничего нет вообще.

— Верно, только навесы, — подтвердил я. — Но это высокие навесы, и под каждый мы спокойно можем загнать жилые трейлеры. Сами знаете: если сам трейлер стоит в тени, то и кондиционер включать не обязательно. Ещё там поблизости есть вода.

— Во-от ты о чём… — кивнул Майк. — Ты хочешь разобраться с той стоянкой, что мы вчера видели?

— А почему бы нет? — спросил я. — Теперь даже дураку понятно, что сначала трейлеры будут стоять там без толку, а потом их разворуют. Сейчас они ничьи, их там не меньше двух сотен, наверное: этот дилер торгует на весь штат. Возьмём несколько штук — с торговца не убудет. В крайнем случае страховку получит.

Все усмехнулись, представив, как сейчас будет выплачиваться страховка.

— Грабёж получается, — сказал Майк. — Серхио ещё вчера сказал.

— Получается, — согласился я. — Если там ещё есть охрана.

— Не будет охраны — это будет кража.

— Тоже верно, — согласился я и с этим утверждением. — Но не думаю, что у нас есть выбор. Нам надо выживать, собственно говоря. Сумеем устроиться в пустыне до того, как уцелевшие люди начнут делить последние запасы, выживем обязательно. И туда ни один мертвяк не дойдёт.

— Плевать на кражу, когда начнём? — спросил старший сын Паблито, Хосе.

Ну, вот и первая трезвая точка зрения. Всё равно же деваться некуда. Признаться, я немного боялся оказаться в одиночку против сплочённого фронта законопослушных граждан.

— Думаю, что завтра, — ответил я. — Сегодня надо съездить туда на разведку, а заодно разобраться с местными складами — с них можно набрать много полезного. Главное, не спускать глаз с топливного склада, что на Аризона-стрит. Я бывал там раньше. У них множество канистр и бочек, есть насосы, и есть топливо в танках.

— Верно, есть, — подтвердил Паблито. — Когда мы туда направимся?

— Не знаю. Пока следует посмотреть, что там вообще происходит, кто его охраняет и как охраняет. Если там нет национальной гвардии, то это ничего не значит. Такие места могут взять под охрану в любую секунду. А если появится возможность что-то купить, надо покупать.

— А пока мы будем здесь? — спросил Джефф.

Как ни странно, нашего охранника вопросы налётов на соседние склады ничуть не волновали. Возможно, я всё же переоцениваю законопослушность американцев и они умеют «мыслить гибко», если подопрёт.

— Здесь, — кивнул я. — Сегодня как-нибудь переночуем, а завтра пригоним трейлеры, если всё будет нормально и на этом участке не появились новые посты. Но мы проверим. Появились — поищем другой путь. Временно поставим их прямо в складе, штук пять-шесть сюда влезет, если мы сломаем стену в следующий отсек, а потом вместе с ними откочуем на Прувинг Граунд. Как такой план?

— Не годится, — сказал Джефф. — Ар-Ви надо сразу везти на место. И переезжать туда. Если что-то пойдёт не так, нас здесь легко заблокировать.

Я подумал минутку, затем кивнул. Всё верно, не самую удачную из идей я выдвинул. А за «добычей» можно будет и с пустынной базы выбираться.

— Так когда мы собираемся отсюда? — спросила Мария, держа за руку Антонио. — И почему сразу не уехать?

— Не уверен, что мы сможем проехать все блоки, — объяснил я. — К тому же слишком наследим. И здесь есть ещё дела: надо запастись топливом. А когда закончим их, тогда и поедем. Кто поддерживает такой план? Если не нравится, предлагайте свой, я не претендую на должность командира.

Никто не возражал. Все сразу разбрелись, занимаясь своими вещами. Ну что же, значит, и вправду не совсем дурацкая идея. Это радует. Теперь осталось разделить обязанности.

— Джефф! — окликнул я охранника. — У тебя вид самый приличный из всех нас, к тому же ты в форме, пусть и охранника. Предлагаю ехать к стоянке Ар-Ви вдвоём, разведать.

— Сэр, вы мне льстите, но не имею ничего против поездки, — улыбнулся охранник.

— Ну и прекрасно, — кивнул я, затем крикнул: — Ребята! Организуйте наблюдение, пока мы с Джеффом поглазеем на бесхозные Ар-Ви. Майк! Ты служил в армии, так что прикинь, как разместить посты.

— Пока достаточно наблюдения за воротами и время от времени поглядывать в обратную сторону, — сказал он.

— Вот и займись. Паблито, Хосе, как из вас стрелки?

— Так себе, — улыбнулся Паблито. — Но вообще мальчишки выбирались с друзьями в пустыню пострелять. В дом с трёх ярдов попадём.

— Подумайте, что можно сделать по поводу горючего. Если получится, скатайся с Майком к топливному складу — просто посмотрите, что там и как.

— А если там уже кто-то собрался пошариться? — спросил Майк, заранее внушив мне опасения.

— Мобильная связь пока работает, да и не смогут увезти всё топливо оттуда сразу. Разберёмся, — ответил я уверенно. — Главное, сразу не влезайте в драку. Военное положение — это такая штука, что тебя могут расстрелять у первой стенки за неправильные взгляды на жизнь.

Не хватало, чтобы они влезли с кем-нибудь в перестрелку, а потом национальная гвардия вслед за ними нагрянула к нам на склад, на броне и с тяжёлым оружием. Мы уж лучше по-тихому все сделаем, как те «нормальные герои», что ходят всегда в обход.

Тем более что реального предмета для драки и нет. Топливо на этом складе хранится, как на заправке, в подземных цистернах, а продают они его всё больше для владельцев генераторов, переливая в бочки. В этом, собственно говоря, весь бизнес и состоит. Поэтому все их запасы так просто не выгребешь — возня предстоит долгая. А мы, по большому счёту, на многое и не претендуем, а лишь на то, что сможем увезти. В масштабах даже этого маленького топливного склада — капля в море.

Джефф уселся за руль своего зелёного «бронко», завёл его. Я увидел, как он вложил в специальные крючья на потолке машины короткий «бушмастер», как две капли воды похожий на армейскую М4, а затем достал из кобуры свой «девятнадцать-одиннадцать»[43] и сунул его себе под бедро. Сразу видно, что человек профессионально с оружием обращается. Хотя чего ещё ожидать от инструктора по практической стрельбе, пусть даже бывшего?

Он посмотрел на меня, после чего сказал:

— Перевесь магазины на пояс слева. Так быстрее перезаряжать будешь, если придётся. Потеряешь время, и кто-то откусит тебе голову.

Я честно ответил:

— Наверное, ты прав, а я не подумал.

Действительно — правильно захватить магазин ладонью можно лишь тогда, когда он висит на уровне пояса. Указательный палец ложится на пулю верхнего патрона, большой — на обратную сторону магазина, рука естественным движением заправляет его в пистолет прямо перед лицом. А если достаёшь магазины из нагрудных подсумков, ты каждый раз вынужден их переворачивать. Что уже для быстрой стрельбы не слишком хорошо. Вот и получается, что все те, кому надо быстро перезаряжать пистолет — полицейские, охранники и прочие «правоохранители» — носят магазины на поясе. А военные, у кого пистолет вообще оружие второстепенное, таскают их на разгрузке.

Но основная надежда у меня была на карабин. Теперь, после того, как все, кто имел дома оружие, ходят с ним открыто, скрывать наличие «зига» стало не обязательно. И я со спокойной совестью прихватил карабин с собой, уложив его на колени и опустив стекло двери. Я теперь за стрелка буду, случись чего.

— Надо продумать, как открывать ворота безопасно, — сказал Джефф после того, как я плюхнулся на сиденье справа от него, а Алехандро запер ворота территории за нами и побежал обратно в склад.

— Надо, — согласился я.

В общем, у нас появился профессионал в рядах. Это радует. В такие времена хороший стрелок и человек, разбирающийся в вопросах безопасности, как нельзя кстати.

Сегодня я не ездил по шоссе, поэтому удивился, обнаружив, как много машин ехало на восток, то есть нам навстречу. Если вчера шоссе было пустынным, то сегодня машины шли одна за другой, и большинство из них были с калифорнийскими номерами.

— Джефф, что в Калифорнии творится? — спросил я. — Не слышал последних новостей?

— В машине слушал, пока на склад ехал, — кивнул он. — В Калифорнии много людей и мало винтовок — сам знаешь их законы. Из больших городов бегут, мертвецы везде. В городках поменьше ситуация разная. Где-то отбиваются, где-то разбегаются. Говорят, что те, кто отбивается, начали отбиваться заодно и от соседей.

— Война за ресурсы?

— Говорят, что так, — кивнул он. — Но большинство бежит в Аризону, Неваду и Орегон. По границе штата открыли центры спасения, но что-то не так с этими центрами. Я толком не понял, что именно. В общем, ситуация становится хуже.

— Ты, кстати, далеко от нас живёшь? — поинтересовался я.

— Нет, я в Юме, неподалёку от госпиталя, — покачал головой Джефф. — Вот там проблем хватает. Я слышал, что за сегодняшнюю ночь зомби выдавили всех живых из больницы, и с утра национальная гвардия удерживала только периметр. В само здание даже не лезли: там одни мертвецы.

Справа показалось ограждение трейлерного парка, за которым теснились так называемые «мобильные дома» — щитовые конструкции, напоминающие строительные бытовки, с крошечными верандами, сколоченными из всякого барахла, и с маленькими, буквально метр на два, палисадниками у входа. Селились в таких местах всё больше те, кого в Америке принято именовать «лузерами». У нас это слово переводят как «неудачник», но это совсем не верно. Смысл в нём заложен другой — «проигравший», тот, кто проигрывает другим, а заодно и самой судьбе.

А вот сейчас, как мне показалось, обитатели парка решили взять реванш. По крайней мере, среди этих бедных полукартонных строений стояло несколько машин, которым здесь было явно не место. Большие дорогие пикапы и внедорожники — вовсе не то, что раньше могли себе позволить местные жители. А возле них толпилась куча мужчин и женщин с винтовками и ружьями — и где разжиться-то успели? Не они ли пытались штурмовать Койотову Купальню?

— Видишь их? — спросил Джефф. — Вот проблема пострашней мертвецов. Если даже кто-то попытается установить порядок, то такие не дадут этого сделать.

— Это точно, — кивнул я. — Наступает их звёздный час. Два дня назад они были «белой швалью», а сегодня они превращаются в самую страшную силу окрестностей. Сбились в стаи, обзавелись колёсами. А что делается в чёрных гетто, интересно?

— Ничего хорошего, — буркнул Джефф. — Или всё уже запружено мертвецами, или всем правят банды, но это не надолго. У банд из гетто нет серьёзных ресурсов и умения выживать вне города — зомби их выдавят в сельскую местность, а вот эти, из трейлерного парка, истребят ребят из чёрных гетто при первой возможности.

Кто бы сомневался. Мало кто так ненавидит чёрных, как именно «белая шваль», потому что цвет кожи — для них единственное, чем ещё остаётся гордиться на фоне всего остального убожества, а во-вторых, именно банды из трейлерных посёлков будут претендовать на владение «сельской местностью». И возможностей к тому у них намного больше, потому что они лучше для этого подготовлены — многие умеют стрелять, натренировавшись на бутылках и крысах, — чем бандиты из гетто никогда не отличались. Те любят звать друг друга «нигта» и «хоми», круто держать пушки, повернув их набок, и палить в белый свет как в копеечку.

— Увязались, — сказал Джефф, глянув в зеркало заднего вида.

Я обернулся. Так и есть, из трейлерного поселка вылетел на дорогу большой пикап «Шевроле Сильверадо» и, резко ускорившись, начал нас догонять. В кабине и в кузове было несколько человек с оружием. Куда они? За нами или по своим делам? Чёрт, как не нарваться не по делу, но в то же время не подставиться самим?

До пикапа было метров двести, но нагонял нас он очень быстро. За нами или нет? За нами или нет?

— Я подпущу их близко и постараюсь дать им дорогу, — заговорил Джефф сквозь зубы. — Если они и дальше пойдут с той же скоростью, мы их отпустим. Если попытаются нас прижать — стреляй по ним сразу, не задумывайся. Бей по тем, что в кузове, затем по кабине. Понял?

— Они первыми не начнут?

— Не думаю, — покачал головой Джефф, покрепче берясь за руль. — Им машина нужна тоже. Если им что-то от нас нужно, то скорее всего постараются остановить под прицелом. Но на ходу из кузова сделать это сложно, надо ещё и держаться, а я попытаюсь их к этому вынудить. У тебя будет две-три секунды, чтобы открыть огонь первым.

Тут он прав. Что ещё могло понадобиться этой компании шпаны от проехавшей мимо машины? Сама машина и понадобилась.

Перехватив карабин поудобнее, большим пальцем нажал на рычажок предохранителя, перескочившего с тихим щелчком в положение «огонь». Он у меня и так стоял на боевом взводе — по-другому я с ним и не ходил теперь. Примерился, как удобнее и быстрее будет высунуться с оружием из окна, упёрся ногой в трансмиссионный тоннель, отстегнул ремень безопасности. Сейчас, сейчас… Мне не больше пары секунд надо, чтобы высунуться наружу и открыть огонь, главное — чтобы они не сделали этого раньше и не открыли пальбу просто так. Вдруг у них на уме именно это? Решили пристрелить двоих проезжих исключительно для собственного удовольствия, например…

Повернув голову влево, я сумел глянуть в большое боковое зеркало заднего вида. «Сильверадо» уже почти что висел на хвосте, смещаясь влево и двигаясь на обгон. Сидевший справа от водителя мужик в ковбойской шляпе и с подковообразными усами выглядел мирно, оружия видно не было, он даже локоть правой руки выставил в окно, но у стоявших в кузове и державшихся за крышу кабины винтовки были. Что будет?

Я почувствовал, как начало перехватывать дыхание от избытка адреналина в крови, сглотнул слюну. Так, надо брать себя в руки, не годится так, на нервах…

— Внимание… — сказал Джефф, чуть принимая вправо и снижая скорость.

Голос у него тоже изменился, говорит сквозь зубы. Не один я струсил, у него тоже нервишки не в порядке. Большой ярко-синий пикап, ревя многолитровым мотором, начал вырываться вперёд, медленно и верно. Четверо в кабине, трое в кузове. Все с оружием. Все смотрят на нас. Я заметил, что один из тех, кто стоял в кузове, голый по пояс молодой парень с убранными в неряшливый хвост длинными волосами, уставился на карабин у меня в руках, а затем постучал ладонью по крыше кабины. Я чуть приподнял ствол, готовый в любое мгновение начать действие. Джефф чуть сбросил скорость, позволяя пикапу проскочить дальше. Тот так и сделал, демонстрируя нам массивный зад с эмблемой и никелированным могучим бампером. А затем этот тёмно-синий зад начал от нас удаляться, не тормозя и не разворачиваясь, а повёрнутые на нас лица уже смотрели в другую сторону.

Мы одновременно издали громкий вздох облегчения. Я поставил «зиг» на предохранитель, Джефф снова прижал бедром свой «девятнадцать-одиннадцать». Пронесло: не за нами. Вообще не по нашу душу. А я чуть последнее здоровье не отдал. Да и мужики тоже дураки — а если бы я от переизбытка чувств огонь открыл? Понятно, что они о таком варианте не задумывались, и я не задумался бы на их месте, но поправочки на ветер всё же теперь делать стоит. Публика нынче нервная и пальнуть может за просто хрен, чисто с перепугу. Так что красивой винтовкой тоже козырять надо аккуратненько: как бы чего не подумали. Да и сама винтовка может понравиться…

Минуты три ехали молча, я лишь глядел в окно по сторонам. Мелькали машины, неряшливого вида холмы опять сменились утыканным жёстким кустарником песком, который тянулся до других холмов. Очертания всего размывались в потоках горячего воздуха, поднимавшегося от земли, лучи беспощадного аризонского солнца отражались в асфальте, как в зеркале, бликуя «лужами» на изломах дороги.

На заправке, что расположилась на противоположной стороне, скопилось множество машин с калифорнийскими номерами. Горючего не было, да и магазин уже был распродан до последней бутылки воды, но навесы над колонками давали тень, и под ними собирались понурые люди, застрявшие в пустыне и продолжающие надеяться на какую-то помощь. Самые разные, с разным цветом кожи, на машинах новых и дорогих, равно как старых и дешёвых. Оружия ни у кого не видно, что для калифорнийцев почти стандарт.

— Смотри, вот они, — сказал Джефф, указывая вперёд.

Действительно, синий «Сильверадо», вырвавшийся далеко вперёд, успел развернуться и теперь, сбросив скорость, заезжал на заправку.

— Ты думаешь то же самое, что и я? — спросил я у Джеффа.

Он кивнул, задумчиво пожевав губами. А зачем они ещё могли туда направиться так лихо и в таком составе? Скорее всего банда из трейлерного поселка уже объявила окрестности своими и теперь решила пощипать проезжих. Реакция всякой сволочи в такие времена всегда однозначна — рвать глотки ослабевшим и отставшим от стада. Люди, сидящие на пустой заправке в пустыне, явно отстали от своего стада, и теперь к ним направились местные койоты.

Джефф не стал ничего предлагать вроде «помочь беженцам» или «защитить невинных». И я не стал. Полезу сейчас защищать, а меня ранят или убьют, и тогда моя семья останется ждать меня в нашем доме под Москвой, но я к ним не приеду. А я должен приехать. И у Джеффа тоже в планах всё больше собственное спасение, иначе он не приехал бы к нам на склад, а направился на призывной пункт. Или в национальную гвардию. А пока он вместе со мной едет выяснять, как можно украсть несколько Ар-Ви со стоянки и угнать их в пустыню так, чтобы никто не смог помешать.

— Они скоро начнут грабить всех, кто по этой дороге едет, — заговорил Джефф. — Если возьмём Ар-Ви и поедем мимо, нападут. Если армия возьмётся за них, узнав, что они творят, то мы всё равно в этом направлении не проедем.

— Согласен, — кивнул я, а затем спросил: — А в долгосрочном плане у тебя какая цель?

— Нет у меня долгосрочных планов, — пожал он плечами. — Пока хочу выжить. Желательно в компании людей, мне лично симпатичных. Потом буду думать, что делать дальше. Примкну к кому-нибудь, когда пойму, к кому есть смысл примыкать. В национальную гвардию подаваться поздно — возраст.

— А сколько тебе лет? — удивился я.

По Джеффу возраст действительно сложно определить. Можно дать от сорока пяти до пятидесяти с хвостиком. Крепкий, сухощавый, с седым ежиком, загорелый дочерна.

— Мне ровно шестьдесят. Из призывных списков исключен уже давно, — усмехнулся он. — Поэтому имею законное право спасаться вместе с вами. Так вот, о национальной гвардии: национальная гвардия скоро сама поделится на отдельные отряды или банды — называй их как хочешь. А пока идея с уходом в пустыню кажется мне самой удачной из возможных.

— Почему? — уточнил я.

Интересно всё же узнать чужое мнение о твоей идее.

— Потому, что гобблеры туда не должны забредать, а оттуда проще будет наблюдать за тем, что делают живые. Мили долбаной пустыни — всегда хорошая защита. Нам надо ехать либо к озеру Митри, либо немного дальше, к дамбе водосборника, и устраиваться там лагерем.

— Почему? — удивился я.

Моя идея чуть-чуть в другом состояла, а Джефф начинает вносить в неё поправки. И чем обосновать их намерен?

— Потому что там есть вода, потому что удобно наблюдать за подступами. Потому что система каналов может прикрыть со всех сторон. А скалы Лагуна прикроют со стороны города и с востока. Можно посадить наблюдателя на скале. И потому, что там легко обороняться, если туда доберутся очередные ребята из трейлерного парка.

Интересно, но он привёл мне все те же резоны, которыми воспользовался я, проталкивая свою идею.

— А почему не в парк техники? — спросил я. — Там есть ещё и навесы, и вода, и есть возможность контролировать место вокруг.

— Вода откуда там? — усмехнулся Джефф. — Вода из канала. А в этих краях вода всегда определяла жизнь, и распределение производится как раз от водосборника. И в канал Хила, и в Олл Америкэн. Дальше думай сам.

— Считаешь, что они его перекроют?

— Первым делом, замкнув всю воду на себя, — решительно заявил он. — Более чем уверен в этом. Сейчас там наверняка армия или национальная гвардия на охране дамбы как стратегического объекта, а позже как раз они и начнут этим всем распоряжаться. Если сами не догадаются, так кто-то научит.

— Там же есть какой-то посёлок, верно?

— Верно, там живут те, кто работает на дамбе и резервуаре, — кивнул Джефф. — И там же все их склады, конторы и прочее. И посёлок работников полигона, справа как раз.

— А они не решат в тренировочных целях погнать нас оттуда, как подозрительных бродяг?

— Ты забыл про «домики выходного дня» и трейлерный парк сразу за плотиной. Они как раз для всех и предназначены.

— М-да… — озадачился я.

Действительно, как ни странно, но такой лежащий на поверхности вариант я до сих пор не рассматривал, что свидетельствует не в мою пользу. Возле водохранилища проводила выходные чуть не половина населения Юмы: как и подобает жителям пустыни, люди тянулись к воде. И там был целый поселок, состоящий из множества маленьких щитовых бунгало, а рядом с ним раскинулась огромная стоянка для жилых прицепов. И если военные возьмут под контроль плотину, в чём сомневаться не приходится, то они автоматически возьмут под своё крыло и этот посёлок.

Вопрос в другом: а каково будет под их крылом?

— Как-то сомневаюсь, что они туда всех подряд пускать будут, — высказался я.

— А я для них не «все подряд», — усмехнулся Джефф. — Но в одном ты прав: надо сначала самим где-то устроиться, а потом уже выбирать место получше. Положение у просителя всегда хуже, чем у того, кому ничего не нужно.

— Это верно! — согласился я с облегчением.

Мне, иностранцу из страны, откуда явно пошла по миру зараза, да ещё и нелегально вооружённому, как-то не очень хотелось лезть в руки военных. Да и вырваться оттуда может быть сложнее потом, как мне кажется.

— Кстати, там очень неплохая рыбалка, — добавил Джефф. — Ловишь на муху?

— Я вообще не ловлю. В жизни не пробовал.

Приврал немного, но большим рыбаком меня точно не назовёшь — так, в отпуске баловался пару раз.

— Придётся учиться, — сказал Джефф, просто констатируя факт. — Рыба может здорово улучшить меню.

— У нас в компании детей хватает — пусть они этим занимаются, — отбоярился я, придерживая мысль, что меню они будут вскоре конструировать без меня, ибо у меня другие планы на будущее.

Джефф лишь скептически хмыкнул себе под нос, затем сказал:

— О’кей, посмотрим, что ты дальше скажешь, когда всё вокруг полетит под откос.

— Смотри!

Вновь моё внимание привлёк поворот в Фортуна Футхиллз. И на этот раз моей основной эмоцией было уважение. Мало того что опорный пункт национальной гвардии на въезде стал намного серьёзнее — там уже дежурили вперемежку люди в военной форме и люди в гражданской одежде. Похоже, что слияние национальных гвардейцев с обществом уже произошло. Подкрепив силы за счёт своих складов, гвардейцы обосновались в своём городишке и взялись за его оборону.

Привлекал внимание большой плакат на въезде: «Если ты из другого города — вали к себе домой. И быстро!» Подкрепляли его внушительность два крупнокалиберных пулемёта М-2 на крышах домов, обложенные мешками с песком. По идее, этого было достаточно, чтобы убедить посторонних искать счастья и гостеприимства в другом месте.

Мои прогнозы начинают сбываться один за другим. Но у этих шансы есть безусловно. Ещё привлекла моё внимание группа тяжёлой строительной техники, окрашенная в жёлтый цвет. Похоже, они решили окопать город рвом по кругу.

Правда, есть одна тонкость — как они дальше будут снабжать целый город продуктами? Есть какой-то план или пока просто никто не думал об этом? Сомневаюсь я в возможности одновременного снабжения такой массы людей, хотя могу и ошибаться.

После Фортуна Футхиллз шоссе шарахнулось в сторону, проталкиваясь между пустыней и промзоной, а Джефф съехал с него на узенькую пыльную улочку, носившую гордое имя Сансет-бульвар, хотя, кроме трёх-четырёх покосившихся сараев и стаи бродячих собак, на этом Закатном бульваре не было ничего. Точнее, настоящий бульвар начали прокладывать, предполагая в этом месте бурную застройку, но как-то быстро забросили, поэтому длина его асфальтированной части была эдак метров сто, не больше.

Наш «бронко», поскрипывая подвеской и поднимая тучи красноватой пыли, промчался по этой тропе-бульвару, съехал с неё и взобрался на невысокий плоский холм, с которого открылся прекрасный вид на «Ар-Ви Уорлд», «Мир трейлеров» — огромную дилерскую стоянку этих самых мобильных домов, на которой их было не меньше сотни, наверное, а то и больше. Огромные сорокафутовые «Революшн» и «Дискавери» на базе больших автобусов, «Фиесты» и «Южные ветры», сделанные из автобусов поменьше, «нахлобученные» на грузовики большие дачи, относящиеся по американской привычке ко всему большому к классу «мини», роскошные «пятые колёса» — полуприцепы, «надевающиеся» на большие пикапы, «таскатели игрушек» — смесь трейлера и передвижного гаража для мотоциклов, квада, а то и автомобиля.

Это всё мне было не нужно. То, что нужно мне, я обнаружил сразу — двадцатитрёхфутовый двухосный прицеп, высоко сидящий над дорогой, лёгкий и мобильный, который мой фургон мог не напрягаясь затащить в любую глухомань, не опасаясь засесть на первой же кочке. Именно этот, белый с серыми полосами, с большим подвесным танком для воды и платформой для генератора на сцепке, понравился мне больше всего — их там несколько в ряд стояло. Двадцать три фута — это почти семь метров, никаких «раздвижных» стен, всё просто и крепко, но место для двуспальной кровати, кухни, душа и туалета там наверняка есть. А что ещё нужно в этой жизни?

— Хороший выбор у них, — пробормотал Джефф, извлекая из «бардачка» маленький бинокль. — А что там у них с охраной?

Он распахнул дверь, выбрался из машины, сунув свой пистолет в кобуру. Я тоже решил размяться и присоединился к нему, став рядом.

— Так не видно, но они, если и есть, наверняка в конторе сидят, — предположил я.

— Это наверняка. Но тогда должны быть машины у конторы — не пешком же они сюда пришли?

— Вон, целых три машины на стоянке, — указал я.

— Не годится, — покачал головой Джефф. — Они на пустой стоянке на противоположной стороне от офиса. Ты бы стал парковать свою машину на самом дальнем месте, если весь паркинг пустой?

— Нет, — честно сознался я.

— Вот и они бы не стали. Думаю, что эти машины уже давно стоят. На лобовые стёкла их посмотри.

— Мне плохо видно.

— Возьми.

Он протянул мне бинокль, в который я и заглянул. Да, эти машины уже несколько дней никто не трогал, вездесущий песок и пыль осели на лобовых стёклах. Если бы ездил кто, не поленился бы щётками махнуть.

Я отдал бинокль обратно и оглянулся, уловив краем глаза движение. Чёрт, мы слишком увлеклись разглядыванием пейзажей и совершенно забыли о том, что надо смотреть по сторонам. А теперь так нельзя. И сейчас к нам направлялась целая стая бродячих собак. Правда, как-то странно направлялась, шагом и без обычного дурного лая, которыми все эти уличные своры привыкли отгонять людей от своих владений. Да и шаг что-то странный, словно они ходить на четырёх ногах разучились и заново учатся теперь.

— Джефф… — чуть тронул я своего напарника за рукав, отступая к машине. — Надо валить отсюда.

— Почему? — быстро спросил он, а его ладонь расцвела большим «кольтом». — Что с ними не так?

— С ними всё не так! — ответил я, вскидывая карабин и прикрываясь капотом машины. — Это мёртвые собаки! Быстро в машину!

Последние слова я крикнул, и этот крик сработал как сигнал к атаке. Свора из пяти разномастных собак бросилась вперёд молча, оскалив пасти. И я открыл частый огонь из карабина, быстро отступая назад, высоко поднимая ноги и молясь про себя, чтобы ни за что не запнуться. Звонкий стук «зига» разнёсся по окрестностям, хвосты прозрачного пламени срывались с пламегасителя, гильзы непрерывной струёй летели в песок. Первого пса я убил сразу, он кувыркнулся и затих. Ещё одному попал в позвоночник, наверное, потому что он упал и начал как-то странно дёргаться. Надо же, а у меня ещё хватило времени отметить эту странность.

А вот трое других успели добежать до меня как раз в тот момент, когда магазин опустел окончательно. Единственное, что я успел сделать, — это оттолкнуть ногой морду с раззявленной пастью, щёлкнувшей прямо у моего колена, и судорожно схватиться за рукоятку пистолета.

Джефф, успевший усесться в кабину, снова выскочил наружу и, перегнувшись через капот, вогнал пулю в череп ещё одной собаке. А вот две других заметались вокруг меня, норовя вцепиться в ноги, мешая Джеффу стрелять, а меня вгоняя в дикий ужас. Одна царапина — и всё!

«Таурус» вылетел из кобуры в ладонь. К счастью, я даже на предохранитель ставить его перестал. И затем не меньше десятка выстрелов я выпустил один за другим куда-то себе под ноги, даже не попадая в собак, выбивая фонтаны красной земли, матерясь и подпрыгивая, отталкивая оскаленные морды тяжёлыми ботинками и всеми силами уворачиваясь от укусов.

Спас меня сначала болтающийся на ремне карабин, в цевьё которого вместо моей ноги вцепились собачьи зубы, потом вмешался Джефф, который просто схватил одну из собак, небольшую мерзкую шавку, за хвост и, оттащив в сторону, прострелил ей голову, приставив к ней ствол пистолета. А последнюю удалось убить мне, в запале высадив в неё все оставшиеся пули, после чего я судорожно сменил магазин в пистолете, а затем забил полный сдвоенный рожок в карабин.

Джефф тоже испугался. Тут и догадываться не надо было — достаточно глянуть на его побледневшее лицо и то, как он оглядывался по сторонам, удерживая «кольт» двумя руками. Но больше никто на нас не бросался — лишь вдалеке, у покосившегося сарайчика, использовавшегося раньше рабочими-дорожниками, топтался на одном месте однорукий мертвяк в одежде, насквозь пропитанной свежей кровью. Я посмотрел на мёртвых собак и обратил внимание, что у них у всех морды перемазаны кровью. Точно, они мужика и порвали. Других вариантов я не вижу: кровь на нём красная, а на такой жаре она буреет очень быстро.

— Быстрее в машину, — пробормотал Джефф, забираясь за руль, и я с ним согласился на все сто.

Заскочил на правое сиденье, хлопнул дверцей, заблокировался, а заодно и стекло приподнял. Так оно спокойнее.

Мы никуда не уехали, а остались на этом самом холме, продолжая наблюдать. В машине с заблокированными дверями и готовым к бою оружием мы чувствовали себя в достаточной безопасности. Разве что трясло меня неслабо, и, пока я набивал магазин карабина патронами, руки тряслись так, что от всех нормативов я отстал в разы.

Я подумал, что против такой нестандартной цели, как мёртвая собака, надо иметь с собой дробовик, потому что попасть в небольшую, в сущности, ещё и дергающуюся голову твари на расстоянии чрезвычайно трудно. А на остальные попадания они реагируют слабо — точнее, совсем не реагируют. Присмотревшись к собачьим трупам, я понял, что большая часть выпущенных мной пуль угодила в цель. И в туловища попадал, и в морды, а вот именно в мозг попаданий было всего два. И что толку? Если бы не Джефф, то меня бы сейчас ели или я отсчитывал последние минутки до того, как сам в такую же тварь превращусь.

Признаки жизни на стоянке Ар-Ви мы всё же обнаружили — стоящий в дальнем конце двора огромный шестидесятифутовый «Революшн» вдруг тронулся с места и чуть выдвинулся вперёд, затем остановился. Через затонированные окна не было видно, кто там внутри и сколько человек. Наверное, засекли нашу машину и встали так, чтобы удобно было наблюдать. Мы за ними — они за нами.

— Заметили нас, — пробормотал Джефф. — Мы стрельбой внимание привлекли. Чёрт бы побрал этих дохлых собак.

— Ничего страшного, — ответил я. — А то так и гадали бы, есть там кто-то или нет. Потом пошли бы проверять, а нас бы пристрелили через окошко. Получилось, что заставили потенциального противника вскрыть свои позиции.

Джефф хмыкнул, подумал секунду, затем улыбнулся:

— А ведь верно. Что будем делать?

— Разведаем пути отхода с прицепами. А заодно бросим взгляд на склад, где сухие пайки хранятся.

Конечно, без Серхио это делать не очень прилично, но ему бы следовало в таком случае присоединиться к нам. Ждать, что он организует в поход ополченцев из Койотовой Купальни, я не собирался. А может, даже там на всех хватит, кто знает… В любом случае, правила проживания в большой семье всем известны.


24 марта, суббота, утро Округ Юма, Аризона, США | Я еду домой! | 24 марта, суббота, вечер Округ Юма, Аризона, США